ArmenianHouse.org - Armenian Literature, History, Religion
ArmenianHouse.org in ArmenianArmenianHouse.org in  English

Because of multiple languages used in the following text we had to encode this page in Unicode (UTF-8) to be able to display all the languages on one page. You need Unicode-supporting browser and operating system (OS) to be able to see all the characters. Most of the modern browsers (IE 6, Mozilla 1.2, NN 6.2, Opera 6 & 7) and OS's (including Windows 2000/XP, RedHat Linux 8, MacOS 10.2) support Unicode.

Валерий Брюсов

ЛЕТОПИСЬ ИСТОРИЧЕСКИХ СУДЕБ АРМЯНСКОГО НАРОДА

Previous | Содержание | Next

[стр. 47]

ГЛАВА IV.

Культура Армении первых четырех веков нашей эры.—Различные центры Армении этих периодов.—Быт и нравы.—Принятие армянами христианства.—Первые армянские писатели.—Изобретение армянского алфавита. (I—IV в. в. н. э.).

Культура армян в первые века нашей эры* развивалась под двумя влияниями: западным (греко-римским) и восточным (парфским). Преобладающее значение имело влияние парфское, вновь усилившее в цивилизации армян начала иранизма. Показания античных историков этого времени относятся большею частью к высшим, слоям армянского общества и к придворным кругам. А так как в Армении, в течение долгого периода времени, царствовала династия парфская, то, можно думать, что эти показания преувеличивают иранизм армянского народа. Так, напр., на колонне Траяна сохранилось изображение армянского царя Парфамасира: но он, по происхождению, был парф, и мы видим характерное лицо парфа,—величественного человека с длинной бородой. То же должно сказать о характеристике царя Тиридата I, о котором, по поводу его поездки в Рим, подробно говорят многие античные писатели. Интересно противоположение простоты и суровости Тиридата—утонченности Нерона; интересны и те, полные достоинства, ответы, какие армянский царь давал римскому принцепсу. Но не надо забывать, что Тиридат также был парф и что в его лице мы больше знакомимся с парфами того времени, нежели с армянами. Все же из этих рассказов об армянских царях мы можем сделать тот вывод, что в Армении, при дворе, сохранялась пышность "царя царей" вместе с простотой еще первобытных нравов. Роскошь Тиридата, во время его путешествия**, поразила современ-

_____________________________

* В начале этой главы мы следуем тем же источникам, как и в главе III, пополняя их свидетельствами отдельных писателей античных и армянских.

** С Тиридатом ехала огромная свита, везли золотую посуду и т. п. Кстати сказать, путешествие Тиридата совершалось сухим путем, в чем некоторые историки видят влияние иранизма: религия Зороастра запрещала осквернять святыню воды разными отбросами, что неизбежно при морском пути.

[стр. 48]

ников, и они, вероятно, даже преувеличивают ее. Позднее-Фавст Византийский говорил с восторгом о великолепной усыпальнице царя Санатрука, которую видел лично. С другой стороны, в словаре Свиды сохранилась такая характеристика того же Санатрука: "Будучи небольшого роста, он стремился ко всему великому, был первым в делах, военных, строгим блюстителем правосудия и таким воздержанным, как лучшие из греков и римлян".

Повидимому, то же сочетание богатства и простоты, роскоши и первобытности замечалось и во всем строе армянской жизни. Центр ее в то время был перенесен из Тигранокерта, совершенно разоренного войнами*, в другое место. Сначала вновь приобрела значение Арташата, но она была разорена Марком Аврелием. Потом, около времени правления Вахарша, столица была перенесена в город, укрепленный полководцем Марка Аврелия Стацием Приском, под названием Кайнеполь, что значит Новый Город (по-армянски Нор-Кахак). Позднее этот город считался созданием Вахарша, был широко известен под названием Вахаршапата и получил большое значение. Полагают, что приблизительно на том же месте стоит ныне Эчмиадзин. Хосрой II Карлик еще раз перенес столицу, основав или расширив город Двин, получивший также выдающееся значение в последующие века16.

Современная археология дает нам пока еще скудные сведения об этих двух древних столицах Армении. Но мы можем верить, что Тиридат недаром вывез из Италии много архитекторов, художников и мастеров. Скудные остатки свидетельствуют, что большие города в Армении старались не уступать в богатстве построек и роскоши убранства другим центрам Востока. Так, напр., ко II—III в. относится раскопанный в Гарни Н. Я. Марром армянский храм, имеющий все характерные особенности древнеримских храмов; по свидетельству армянских историков он был далеко не единственным в своем роде17. Раскопки об-

_____________________________

* Начиная с III в. о Тигранокерте нет достоверных свидетельств. Полагают, что упоминание Себеоса, III, 26, и др. относятся не к древней столице Армении, а к другому Тигранокерту—Пайтакаранскому.

[стр. 49]

наружили также великолепную мраморную голову богини Анаит (Артемиды-Дианы), приближающуюся к лучшим образцам греко-римского ваяния. Все эти последние примеры говорят о силе римского влияния, сказавшегося в области искусства, где, конечно, парфам нечего было противопоставить Элладе и Риму.

Сведения о бытовых условиях жизни народа в Армении этого периода крайне отрывочны. Евсевий Кесарий-ский, заимствуя свои данные у сирийского писателя Вардезана, изображает быт армян II в. близким к родовому. Родоначальник (нахапет или тану-тер, т. е. глава дома) пользуется неограниченными правами, вплоть до права жизни и смерти, над остальными членами дома (сепухи) и над челядью. Такие же права имеет князь (нахарар) над всеми людьми своей области,—что вело к дальнейшему развитию подготовлявшегося в Армении феодального строя. Позднейший армянский писатель, Елисей, описывая пленение знатных армян в 452 г. (персидским царем Яздегердом II), сравнивает бедственное положение их семей с прежним. "У каждой знатной армянки,—пишет историк,—по обычаю страны, были свои женщины (служанки), с детства воспитанные в том же доме... Теперь же не стало различий между служанками и госпожей. Никто более не стлал постели для другого, не стало изысканных блюд и булочников, готовых к услугам. Никто не поливал воды на руки знатных дам, и некому было подавать им тонкие полотенца для обтирания. Пришлось дамам отказаться от благоуханного мыла, духов и притираний. Исчезла со столов великолепная посуда. Поблекли в садах пахучие цветы; с корнями вырваны были богатые виноградники..." и т. д.* Косвенно это свидетельство бросает свет и на положение низших классов, которые, очевидно, всех таких благ жизни были лишены.

Сильнейшее влияние на всю жизнь Армении оказало принятие христианства**. Оно проникало в Армению с юга,

_____________________________

* Этот знаменитый отрывок приводится во многих сочинениях об Армении.

** Мы излагаем этот вопрос по Халатьянцу, F. Neve и Н. Адонцу с дополнениями по трудам других историков того времени.

[стр. 50]

из Сирии. Около 260 г. уже упоминается армянский епископ Меружан. Затем явились проповедники из Малой Армении и Каппадокии. Во главе их стоял Григорий из рода Аршакидов, получивший в истории имя Просветителя армян. Крещение царя Тиридата национальные источники возводят к 299 г. или 301 г.; некоторые историки считают нужным отодвинуть его на 298 или даже 295 г*. Во всяком случае, в 312 г. армяне уже защищались, как христиане, от преследований императора Максимиана. Однако, удаленность Армении от Константинополя и дух самостоятельности, присущий армянскому народу, повели к тому, что христианство стало отливаться среди армян в самобытную форму. Рано распространилось в Армении учение монофизитов, что позднее повело к острым столкновениям с Византией и, наконец, к образованию самостоятельной армянской церкви.

В связи с принятием христианства стоит и зарождение письменной армянской литературы**. Первым армянским писателем, сочинения которого дошли до нас, должно признать Агафангела, по преданию, писца (секретаря) царя Тиридата. Агафангел написал историю крещения армян, в которую входит и биография Григория Просветителя; сочинение было написано на греческом языке, но еще в раннюю пору переведено на армянский. Также на греческом языке написал Фавст Византийский (Павстос Бюзандаци,

IV в.) историю преемников Тиритада и Григория Просветителя до раздела Армении (344—392 г. г.). Может быть, на сирийском языке была написана первоначально история Тарона Зеноба Глака (IV в.), также имеющаяся в старинном армянском переводе. Вероятно, существовали в ту эпоху и другие армянские писатели, пользовавшиеся чужим языком (преимущественно—греческим) для выражения своих мыслей. Евнапий, греческий писатель начала

V в., упоминает об ученом армянине, которого называет Проэрсий и который в Афинах изучал философию у со-

_____________________________

* Вебер, см, Dolens, 193.

** Примеры, приведенные далее, взяты, преимущественно, из книги F. Neve.

[стр. 51]

фиста Юлиана. Есть свидетельства, что и другие армяне учились в Афинах, слушали философов и риторов и, надо думать, пробовали свои силы, как писатели18. Все это, однако, еще не было национальной литературой: для ее возникновения попрежнему недоставало главного: армянской азбуки, письмен.

Вопрос о существовании армянской письменности до V в. еще не разрешен окончательно*. По рассказу армянских писателей: Корюна, Лазаря Парпского и Моисея Хоренского (из которых два последних основываются преимущественно на первом), в самом начале V в. армянский патриарх Саак (Исаак) и монах Месроп Маштоц были заняты вопросом о создании армянского алфавита. После некоторых неудачных попыток применить существующие алфавиты, св. Месроп изобрел совершенно новые письмена (по преданию, они предстали ему в вещем сне). После того св. Саак и Месроп приступили к организации школ в Армении и к переводу святого Писания. Последний труд был закончен в течение недолгого, сравнительно, времени и дал перевод Библии, которым знатоки восхищаются и доныне за его точность, сжатость и выразительность. Само собой разумеется, что такой рассказ не может быть принят без существенных оговорок. С одной стороны, невозможно допустить, чтобы армянская письменность вдруг предстала пред миром совершенным созданием (перевод Библии), как Паллада, вышедшая из головы Зевса в полном вооружении. С другой стороны, есть убедительные соображения в пользу того, что, в той или иной степени, армянская письменность существовала и до V в.

Прежде всего надо вспомнить, что со времен Тиграна Великого Армения была большим государством, которое не могло обходиться без письменности в делах правления. У армянских историков не раз упоминаются писцы (секретари) царя, каким был, напр., Агафангел при Тиридате Великом. Возможно предположить, что те письма, которыми армянские цари обменивались с другими госуда-

_____________________________

* В дальнейшем мы следуем преимущественно книге Тер-Мовсесьяна.

[стр. 52]

рями и образчики которых сохранили нам как армянские, так и римские историки, писались по-гречески, или по-персидски, или по-сирийски. Но вряд ли могли армянские цари обращаться на чужом языке и к своим подданным или писать к своим сатрапам. Мы знаем также, что в Армении было организовано правильное судопроизводство*. Время от времени производилась перепись населения**. Опять трудно предположить, чтобы во всех таких случаях прибегали к чужому языку. Естественнее думать, что армяне писали по-армянски, только пользуясь алфавитом чужого языка. На это, повидимому, прямо указывают Моисей Хоренский, который говорит, что до изобретения армянского алфавита при дворе употреблялись персидские письмена, и Лазарь Парпский, который говорит, что при дворе наравне с греческим употреблялся сирийский язык, т. е., вероятно, также сирийская азбука, сирийские письмена.

Есть, далее, свидетельства, что эти чужие письмена употреблялись не только для официальных актов, но и для работ литературных. Моисей Хоренский рассказывает, что, по приказанию персидского царя Шапуха, его полководец Меружан, в Армении, "предавал огню какие только находил книги и запрещал говорить по-гречески, ни же делать переводы с греческого". Если под "книгами" можно еще разуметь книги на иностранных языках, то упоминание "переводов с греческого" указывает определенно на национальную, армянскую письменность. "Если в IV в. армяне делали переводы с греческого,—правильно заключает Тер-Мовсесьян,—а сами не имели алфавита, то должны были эти переводы транскрибировать греческими или другими буквами". К этому присоединяются свидетельства, указывающие на существование у армян, раньше изобретения букв Месропом, перевода отдельных книг святого Писания. Феодор Кртенавор (писатель VII в.) сохранил сведение, что известный круг лиц (Майрагомеци и его последователи) относился враждебно к "старому или первому

_____________________________

* Что заключают по свидетельству Фавста. IV, 12, Моисея Хор. III, 27, Свиды о Санатруке) и др.

** Моисей Хор., III, 51.

[стр. 53]

переводу Евангелия", который был употребляем Григорием Просветителем (т. е. в конце III или начале IV в.). Автор жизнеописания св. Месропа, Корюн, рассказывает, что народ встретил св. Месропа, когда тот привез из Сирии новоизобретенные письмена, радостными криками и духовными песнями: надо полагать, что последние пелись на родном языке и, следовательно, уже были переведены, а, вероятно, и записаны. Сходные свидетельства находим у Фомы Арцруни и др. позднейших писателей*.

Наконец, все армянские писатели, говорящие об изобретении алфавита Месропом, признают, что раньше уже существовали другие армянские письмена, "изобретенные в древнейшие времена и расположенные по порядку греческого алфавита". По рассказу Моисея Хоренского, царь Врамшапух отправил за этими письменами посольство к некоему епископу Даниилу; письмена были доставлены Месропу и Сааку, и те, ознакомившись с ними, "в продолжение немногих лет" учили им мальчиков, но потом пришли к убеждению, что для выражения звуков армянского языка недостаточно того "нищенски заимствованного скудного алфавита". Так как эти письмена были изобретены "в древейшие времена", надо думать, они были известны многим, и к Даниилу посылали потому, что он усовершенствовал их, "расположив по порядку греческого алфавита". Судя же по тому, что этим письменам учили в школах в продолжение нескольких (хотя бы и "немногих") лет, молено предположить, что тогда же сделаны были, при помощи этих письмен, и некоторые переводы. "Не одному же букварю учили мальчиков целые годы св. Саак и Месроп", справедливо спрашивает Тер-Мовсесьян. Есте-

_____________________________

* Важным доказательством этого положения могло бы послужить существование на армянском языке проповедей Григория Просветителя, жившего за целое столетие до Месропа. F. Neve, р. 251, действительно, делает предположение, что эти проповеди были произнесены по-армянски и транскрибированы греческими буквами. Однако, другие ученые с таким мнением не согласны, считая дошедшие до нас проповеди Григория или переводом или даже произведением позднейшей эпохи (обычный, в древности и в средние века, подлог, имевший целью прикрыть новое произведение авторитетом чтимого имени).

[стр. 54]

ственно, возникает также вопрос, не существовало ли уже раньше армянской письменности, пользовавшейся этим данииловым алфавитом. Н. Адонц полагает, что ее существование "более чем вероятно".

Итак, все заставляет нас думать, что армянская письменность, в течение первых четырех веков нашей эры, существовала. Наряду с произведениями армянских писателей, написанными на греческом и других иностранных языках, существовали и создания на родном, армянском языке, частью транскрибированные чужим алфавитом, частью записанные данииловыми письменами. Эти произведения послужили той школой, в которой воспитался армянский литературный язык, предстающий перед нами в переводе Библии V в., уже выработанным, способным передавать все оттенки мысли и воспроизводить все особенности греческого текста*. До нас, однако, эти ранние произведения армянской письменности не дошли (если не считать подлинными проповеди Григория Просветителя), и мы знаем лишь ту литературу, которая возникла после того, как Месроп изобрел новые армянские письмена (или, может быть, усовершенствовал данииловы, добавив 14 знаков к 22). Развитие этой "месроповской" литературы относится уже к следующему периоду.

ГЛАВА V.

Армения византийская и Армения персидская.—Деятельность в Армении Юстиниана и его преемников.—Арабское завоевание.—Борьба за Армению между Византией и арабами.—Багратиды и Мамикониды. —Ряд восстаний против мусульманского ига.—Достижение Багратидами царской власти (422-885 г.).

В течение двух веков (V и VI) Армения оставалась поделенной между Римской империей (Византией) и Пер-

_____________________________

* Тер-Мовсесьян, стр. 26—27, указывает между прочим на то, как медленно вырабатывался новый армянский литературный язык (ашхарапар), и заключает отсюда, что нельзя допустить, чтобы древнеармянский литературный язык (грапар) был создан усилиями небольшого круга лиц или одного поколения.

[стр. 55]

сией. Судьбы этих двух частей были не одинаковы*. В византийской части была введена имперская администрация. В персидской, по выражению армянского историка Елисея,—"царство перешло к нахарарам", т. е. владетельным князьям. Персидский царь назначал в страну своего марзпана (правителя), но, во-первых, он правил через посредство тех же нахараров, собиравших подати, выставлявших условленный контингент конницы и т. д., а, во-вторых,. с течением времени на самую должность марзпана стали назначаться отдельные нахарары. Так постепенно Армения стала распадаться на ряд княжеств, мелких и более крупных, фактическая зависимость которых от центральной власти была весьма различна. Армянские памятники V— VII в. в. насчитывают до 50 княжеств, из которых особенно выдвигались — Мамиконидов, Аспет-Багратидов и Арцрунидов. Надо заметить, что владетельные князья византийской Армении также приобретали в ту эпоху значительное влияние, так что во всей Армении складывался феодальный строй жизни.19 Но византийская Армения более охотно подчинялась власти единоверного императора, поддавшись новой волне эллинизации. Напротив, персидская Армения тяжело сносила иго неверных, и в ней своя, национальная, власть, в лице местных нахараров, получила особо-важное значение.

Недовольство армян персидским владычеством выражалось в целом ряде восстаний, наполняющих V и VI в. в. Уже в 451 г. персидская Армения была охвачена восстанием, поводом к которому послужила попытка персидского царя Яздигерда II искоренить в стране христианство. Одно время движение готово было охватить всю страну**, так как во главе его думал встать Васак Сюнийский, бывший

_____________________________

* В дальнейшем изложении мы следуем F. Tournebize и Н. Адонцу, а также, в соответственных частях Гиббону, Ф. Успенскому, Ю. Кулаковскому, Ш. Дилю и др. историкам Византии, пополняя даваемые ими сведения на основании историков того времени, греческих (Прокопий и др.) и армянских (Себеос, Иоанн Католикос, Леонтий и др.).

** В описании Вардановского восстания мы следуем выводам Н. Адонца, по его брошюре "Марзпан Васак".

[стр. 56]

марзпаном, и ожидали помощи как византийской Армении (где правителем был Васак Мамиконид), так и императора Феодосия, Иберии, Албании и гуннов. Однако, надежды на поддержку со стороны не оправдались; тогда Багратиды и Васак Сюнийский также отступились от дела восстания. Армянское ополчение, которым предводительствовал Вардан Мамиконид (Великий), было разбито при Аварайре, близ Аракса. Но персы, встретив сопротивление, отказались от посягательств на религию армян. Позднее все павшие в бою с Варданом были армянской церковью причтены к лику святых (вардананцы). Лет через 30 восстание персидских армян повторилось. Во главе их стоял племянник Вардана, князь Ваан Мамиконид, который года два успешно боролся с персами, пока они не уступили и не назначили его марзпаном (484 г.).20 По наследству власть марзпана перешла к брату Ваана, Варту, но, когда он сделал попытку отложиться от Персии (511 г.), он был низложен и правителем страны снова назначен перс.

С середины VI в. начинается постепенное расширение византийской Армении за счет персидской. Первоначально византийская Армения делилась на три провинции: северную или собственно Армению (Великую, центр —гор. Мартирополь, близ Эрзерума),21 Армению вторую (центр—гор. Севастия) и Армению третью (центр—гор. Мелитена); к ним присоединялась провинция Понт Полемона (приморская область, центры—гор. Трапезунд и Неокессария). Успешные войны Юстиниана (527—565 г. г.) с персами отдали империи еще 5 сатрапий персидской Армении (Армения четвертая). Вся эта обширная территория* была Юстинианом, в отношении военного управления, выделена в особый округ, во главе которого поставлен отдельный magister militum. На этот пост был призван знатный армянин Ситта (в источниках: Sitta, Tzitta, Zeta), который, в свою очередь, расширил пределы Армении, самостоятельно предпринимая походы против кочевого племени цаннов (sannoi, czani). После Юстиниана возрастание византийской Арме-

_____________________________

* Карта Армении того времени, составленная Кипертом, воспроизведена у Кулаковского, т. II.

[стр. 57]

нии продолжалось. В персидской Армении вновь возгорелось восстание, вызванное тем, что персы заложили в Двине (у греков: Doubios) храм Огню.22 Во главе движения стал вождь, носивший то же имя, как и герой восстания сто лет назад: Вардан Мамиконид. Повстанцы отдались под покровительство империи (571 г.), и началась длительная война Византии с Персией. Персидские войска опустошали Армению, а греческие, вступившие в ее пределы, вели себя чуть ли не хуже персов: грабили, жгли, убивали, насиловали. После 20-летней борьбы, мир был заключен при императоре Маврикии, в 591 г., больше из-за смут в Персии, чем в силу победы греков. Все же Византия получила значительную часть персидской Армении: области Арзанену, Тарон, Айрарат, а также Иберию с Тифлисом*. По смерти Маврикия война возгорелась вновь (602—628г. г.). Император Ираклий лично командовал войсками, одержал ряд побед над персами и, в конце концов, принудил их к миру. Вся Армения, Юстиниана и Маврикия, с некоторыми дополнениями, осталась за Византией. В начале VII в. (после 628 г.) восточная граница византийской Армении доходила до озера Ван. Ираклий в административном делении страны произвел некоторые перемены: так, Армения Четвертая разделена была на две провинции, из которых южная получила название Верхней Месопотамии. Страна управлялась куропалатами, назначаемыми императором, но нередко из среды армян. Первым куропалатом был Давид Сааруни, раньше марзпан персидской Армении, но он был изгнан населением, и Ираклий утвердил (636 г.), согласно с желанием народа, куропалатом князя Феодора (Торос) Рштунийского; позднее тот же пост занимали: Варазтироц Багратид (643 г.), его сын Сембат (Смбат), Амазасп Мамиконид (652 г.) и др.

_____________________________

* Присоединение этих областей не обошлось без волнений. Часть армян с князем Сембатом Багратидом во главе, вступила в сношение с персами, но византийцы успели справиться с движением, более имевшим в виду интересы высших классов, чем опиравшимся на желание народа. Отметим, что и во время войн Юстиниана часть армян действовала на стороне персов.

[стр. 58]

Самостоятельной стала армянская церковь, отделившаяся в 598 г. от греческой; после того огромное значение в жизни народа приобрели местные патриархи (католикосы);, которые имели местопребывание в Двине и церковной юрисдиции которых Ираклий должен был предоставить всю Великую Армению. В персидской Армении, в конце. VI и начале VII в., также не раз марзпанами были назначаемы армяне: Сембат Багратид (Победитель, 593 г.), Давид Сааруни(601 г.),23 Варазтироц Багратид (625 г.) и др.*

Возникновение ислама и завоевания арабов нарушили уже налаживавшееся течение жизни обеих Армений. В 30-х годах VII в. арабами была сокрушена персидская держава. После того войска халифа вторглись и в пределы византийской Армении. Нахарары решились сопротивляться, надеясь на помощь своего императора, но Византия хотела использовать трудное положение армян в целях воссоединения церквей. Началась тяжкая борьба, в которой Армения опять страдала и от врагов с Востока (мусульман-арабов) и от греков. Положение было таково, что многие влиятельные армяне находили предпочтительным признать власть халифов, нежели императора, стесняющего свободу веры.24 Позднее, армяне писали императору Юстиниану II: "Сколько раз, оставаясь верными грекам, мы не могли от них добиться, в своих бедствиях, основательной помощи! Нередко за верность нам платили оскорблениями. Дать вам (грекам) присягу верности значит обречь себя на гибель и смерть. Лучше предоставьте нас нашим современным господам (арабам), которые защищают нас"!**

В январе 642 г. арабы взяли приступом Двин***, избили до 12.000 человек и около 35.000 увели в плен****.

_____________________________

* Перечень куропалатов и марзпанов обеих Армений у Saint-

Martin, I, 414—418.

** F. Tournebize, р. 97—98; Иоанн Католикос, XIII.

*** По новейшим исследованиям акад. Я. А. Манандяна, Двин был взят арабами в 640 г. Пр. ред.

**** В дальнейшем мы следуем преимущественно F. Tournebize. справляясь с Иоанном VI Католикосом, Себеосом, Леонтием, а также с обзором Saint-Martin "Prescis de l'histoir de l, Armenie".

[стр. 59]

Правителем Армении был тогда Варазтироц,25 назначенный. Константом II, внуком Гераклия; но Варазтироц вскоре скончался и его сын и преемник, Сембат (643 г.), предпочел платить дань халифу Омару, нежели выдерживать дальнейшую борьбу с арабами. Император Констант явился к пределам Армении с военной силой, требуя и политической покорности и религиозной унии, и католикос Нерсес II был готов уступить грекам; но новое вторжение арабов вернуло Армению в прежнее положение. Преемником Сембата был Гамазасп из рода Мамиконидов, получивший от императора титул патриция и куропалата. Он попробовал было отказаться от уплаты дани арабам, на что халиф Отман ответил умерщвлением 1.775 армян, находившихся у арабов заложниками. Смуты в халифате замедлили дальнейшую месть арабов. Наконец, в 652 г.. дамасский халиф Муавия вторгся в Армению с большими силами и начал опустошать страну. Гамазасп вошел в переговоры с арабами и окончательно признал их господство над Арменией*.

Арабы организовали Армению, как одну из провинций своего государства. Она вошла в состав наместничества Адербейджанского, была обложена данью и должна была поставлять 15.000 человек кавалерии. В страну арабы назначали правителя, которого армянские историки называют храманатар или востикан и местопребыванием которого был Двин. Первым таким правителем Муавия оставил Гамазаспа Мамиконида; затем в той же должности был признан его брат, Григорий (659 г.), погибший в походе против хозар; еще позже—Ашот Багратид (685 г.). Но такое положение дел не могло долго продержаться, потому что армяне скоро оправились от того отчаянья, которое заставило их броситься во власть мусульман, и начали предпринимать, одну за другой, попытки свергнуть арабское иго.

Конец VII и начало VIII в. наполнены в Армении на-

_____________________________

* Так излагают события новые историки, F. Tournebize, И. Адонц и др. на основании Леонтия и арабских источников. Себеос, III, 33—38, рассказывает иначе, но его сообщения (национальная легенда?) не согласуются с данными греческих авторов.

[стр. 60]

родными восстаниями против власти халифата, которые, однако, привели первоначально лишь к тому, что правителями страны стали назначаться мусульмане. Первое восстание произошло при Ашоте Багратиде и было вызвано приближением к пределам Армении византийского войска, шедшего против хозар. Греческий полководец Леонтий, воспользовавшись народным движением, занял часть Армении, население которой встретило византийцев как избавителей. Император Юстиниан II назначил в Армению правителя Нерсеха, князя Ширакского(688 г.). Но, едва византийские войска покинули Армению, в нее вступил халиф Аббельмелек Оммеяд, жестоко разорил страну и вновь занял Двин. Тогда впервые был назначен в Армению правителем мусульманин Абдалла (693 г.). Лет десять спустя знамя восстания поднял Сембат Багратид; при поддержке византийцев, он нанес арабам поражение, на берегах Аракса, у подножья Арарата. Месть арабов была беспощадна; между прочим они заманили множество армянских князей в церковь (в Нахичевани) и сожгли их живыми. Правителем Армении стал мусульманин Кязен (704 г.).

Из двух княжеских домов, занимавших тогда в Армении главенствующее положение, Багратидов и Мамиконидов, первые пришли после восстания 703 г. к убеждению, что открыто бороться с поработителями невозможно. Багратиды решили жить с арабами в мире и стали с того времени всячески добиваться их расположения (как действовали и первые московские князья по отношению к Золотой орде). Так как Мамикониды держались противоположного взгляда, поддерживали и сами поднимали восстания,* халифы естественно стали склоняться на сторону Багратидов. При арабах они сохранили титулы патриция, архонта, спарапета (военачальника) и пользовались другими милостями халифата. Впоследствии, когда являлась надобность, для успокоения страны, поставить во главе Армении ме-

_____________________________

* Взгляды Мамиконидов прекрасно формулированы армянским историком Леонтием в словах: "Лучше мужественно умереть за родину, нежели влачить постыдную жизнь и видеть попрание родных святынь* (.История халифов", XXXIV).

[стр. 61]

стного человека (армянина), выбор халифов всегда падал на одного из князей Багратидов. Так началось возвышение Багратидского дома, приведшее его в конце следующего века к царской короне. Эта медленная, "закулисная" борьба за власть заняла четыре десятилетия, в продолжение которых Армения изнемогала под игом неверных. Между прочим, изверившись в помощи Византии, армяне все решительнее порывали с греческой церковью, и собор в Двине 719 г. утвердил ряд особенностей армянского вероисповедания.

Своей цели—получить высшую власть в Армении— Багратиды достигли в середине 40-х годов*. В 744 г. Багратид Ашот, сын Васака, получил от халифа Мервана II, последнего из Оммеядов, титул патриция и правителя Армении. Успех не обошелся Ашоту даром. Другие армянские князья составили коалицию против него, обвиняя Багратидов в чрезмерной приверженности к арабам. Недовольных было много, так как халифы, занятые постройкой и украшением Багдада, непомерно увеличивали тяжесть налогов. Князья напали на Ашота, захватили его и ослепили. Он пережил свое несчастье и продолжал править при помощи своего сына, Сембата (Смбата), которому и передал свою власть. После того, в течение более, чем ста лет, мы постоянно видим Багратидов, занимающими высшие положения в стране; некоторые достигают и официально титула правителя (востикана). Такому возвышению Багратидов попрежнему способствовали восстания, не раз за это время вспыхивавшие в Армении. Нет надобности следить все эти мелкие вспышки национальной гордости**,

_____________________________

* Армянские историки сообщают подробнейшие сведения о роде Багратидов, будто бы вышедших из Палестины в VII в. до н. э. (как Мамиконидов считают выходцами из Китая, а Арцрунидов—потомками ассирийского царя Сеннехериба). Все Эти рассказы баснословны. Несомненно только, что еще в византийский период Багратиды не раз были назначаемы правителями Армении с титулами куропалата, архонта и даже архонта архонтов. Свод сведений о Багратидах у Saint-Martin, I, 418 и сл.

** Обзор этих восстаний см. у F. Tournebize, р. 100 И sл. История Армении этого времени не достаточно разработана и хронологические даты не могут считаться бесспорными.

[стр. 62]

но некоторые необходимо отметить. Таково было движение, поднятое при халифе Мансуре, человеке жестоком и алчном, ради собирания денег не щадившем ни жизни ни собственности подданных. Притеснения сборщиков податей возмутили армян; восставшие, во главе с князем из рода Мамиконидов (Артавазд), справились с арабскими гарнизонами, но пришедшие из Багдада войска подавили восстание (771 г.) Далее следовало восстание под предводительством Мушега Мамиконида, которому удалось занять Двин (775 г.), а несколько лет позже движение Ашота Мясоеда*, который, по преданию, основал, между Карсом и Арпачаем, город Ани, будущую великолепную столицу Багратидского царства26. Все эти народные движения были, конечно, подавлены немилосердно.

При знаменитом Гарун-аль-Рашиде и его ближайших преемниках Армения могла вздохнуть легче27. Правители Езид II (786—788) и Кузима (798—818) относились к армянам снисходительнее, хотя современные летописцы и свидетельствуют об отдельных актах кровавой жестокости: Езид, напр., приказал в один день перебить 42 священника**. При халифе Аль-Мамуне и его правителе Гауле*** (818—835 г.) продолжалась политика умеренности. Но и при них произошла новая вспышка мятежа, которым руководил сын Ашота Мясоеда, Сембат. Восстание было легко подавлено, после чего в Армении настало временное спокойствие. Даже, когда в 830 г. в Армению вступил с войском император Феофил, население не оказало ему поддержки. Может быть, в связи с этим, преемником Гаулы был назначен Багратид—Баграт (836 г.), который оставался на посту правителя 13 лет. Смена Баграта повела к новому большому восстанию армян, которое в свою очередь послужило к возвеличению Багратидов. Около 849 г. халиф Мутаваккиль, уступив наветам на Баграта, решил сменить его и послал в Армению востиканом Абусета, мусульма-

_____________________________

* В тексте стояло кровожадный,—неправильный перевод армслова мсакер. Пр. ред.

** F. Tournebize, р. 101, Иоанн VI Католикос, XIII.

*** По арм. источникам Хол, у арабов—Халид Ибн-Языд. Пр. ред.

[стр. 63]

нина. Суровость Абусета вызвала волнения; по его смерти, сын его, Юсуф, еще усилил притеснения. Между прочим он захватил Баграта со всей семьей и отослал его в Багдад, где бывший правитель не устоял перед угрозами и отрекся от христианства*. Все это повело к восстанию, которое быстро охватило почти всю Армению (852 г.). Для подавления движения были посланы войска, под начальством тюрка Буги** Кебира, бывшего раба, хитрого и жестокого. Вожди армян, Ашот Арцрунид, Сембат Багратид, Васак и др., проявляли величайшую находчивость и мужество, давали открытые сражения, вели партизанскую войну, пытались подкупить Буги подарками, но все было безуспешно. Все три названных предводителя восстания были коварно захвачены и отправлены в Багдад, где и погибли мученической смертью, в пытках или в темнице; Армения еще раз была предана "огню и мечу"28. Однако, это последнее восстание, повидимому, убедило арабов в невозможности продолжать в Армении прежнюю политику жестокости. К этому присоединились внешние затруднения, в которых находился халифат, а, может быть, и тайная работа Багратидов. Как бы то ни было, после подавления движения халиф Мутавиккиль-Биллах решил назначить востиканом армян опять армянина. Выбор снова остановился на князе Багратидского дома, и Ашот, впоследствии названный Великим (Медц), получил в свои руки управление Арменией с титулом "князя князей" ("ишханац ишхан," 859 г.)***, который, четверть века спустя, привел его к царской короне. Сколько можно судить, по скудным известиям, дошедшим до нас, этот Ашот Багратид, основатель династии, был человек способ-

_____________________________

* Раньше, в 820 г., Багратид Сембат, правнук ослепленного Ашота, выказал, в сходных обстоятельствах, исключительное мужество и предпочел смерть отречению, за что и получил прозвище Исповедника. Этот Сембат был отцом Ашота I, будущего основателя царской династии багратидов. F. Tournebize, р. 105. Подробности дальнейшего у F. Tournebize, р. 102—103; Иоанн VI Католикос, ХШ—XIV.

** Буга, в переводе значит—Бык. Кебир—Великий.

*** В тексте стояло ишхан-ин-ишхан. Пр. ред.

[стр. 64]

ный и прозорливый. Употребив все усилия для умиротворения разоренной страны, он в то же время озаботился организовать армию, которая всегда была бы готова отразить нападение, поставив во главе ее своего брата Абаса. Вскоре Абас блестяще оправдал оказанное ему доверие, разбив некоего Джахапа, выставлявшего притязание на власть, в сражении на берегу Аракса, получившем название "битва сорока", потому что в царском войске было, будто бы, только 40.000 человек против 80.000 противника*. Может быть, сила, выказанная Арменией в этом столкновении, также повлияла на то, что халифат уже не решился отказывать Багратиду в титуле царя. После четверти века правления, Ашот принял этот титул, который и был утвержден халифом Мотхамедом Биллахом в 885 г. Таким образом, в вассальной зависимости от халифата, была восстановлена некоторая независимость Армении, продержавшаяся два столетия. Впрочем, достижение Багратидами царской короны об'ясняется также ослаблением халифата. Вслед за Багратидами добились самостоятельного княжества Арцруниды (874 г.), получившие затем и царский титул (914 г.). Примеру их последовали, князья Сюнийские (970 г.) и др. Страна разделилась на ряд вассальных по отношению к халифату княжеств, причем в пределах Армении утвердилось и несколько мусульманских династий (княжества Хлат, Манскерт и др.)29. Весь этот строй политических отношений приобрел все характерные черты западного феодализма. Наиболее важным осталось все-таки царство Багратидов, достигшее одно время пышного расцвета и сравнительного могущества.

_____________________________

* F. Tournebize, р. 105. Рассказ имеет значение лишь как отголосок позднейших представлений о могуществе первого Багратидского царя. Цифра и 120.000 сражающихся немыслима для маленьких феодальных царств IX века. В основе предания может лежать истинное столкновение Абаса с претендентом на власть, но оно могло происходить и до получения Ашотом царского титула.

Дополнительная информация:

Источник: Валерий Брюсов."Летопись исторических судеб армянского народа", Издательство Армфан-а, Ереван, 1940
Сканирование, распознавание и корректировка: Лина Камалян

См. также:
Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.  Legal Notice