ArmenianHouse.org - Armenian Literature, History, Religion
ArmenianHouse.org in ArmenianArmenianHouse.org in  English
Мисак Мецаренц

СТИХИ


1. Лодки
2. Сонатина
3. Мгновения
4. Песнь рассвета
5. Песнь любви
6. Под сенью акаций
7. Трепет
8. Пчелы
9. Ясная зимняя ночь
10. Сумерки


ЛОДКИ

Лодки легкие двинулись вдаль, вожделеньем полны.
Зыбкий берег мечты позади, а навстречу им ветер.
Ожиданьем я болен. И пламя томит. И мы в нем не вольны.
И беременно дрожью души и огнем предрассветье.
Тот приплыв абрикосовый жду я ночами до слез.
Предрассветье меня этим брегом песчаным приветит.
Я и щедр, и ревнив, переполненный искрами грез...
О, подводные духи! Верните мне лодки, что угнаны бурей рябой!
Дуновения сумерек! Лодки верните, что угнаны вдаль ворожбой!


СОНАТИНА

В тихом времени увянет
Света ветреный цветок.
Мраком туч упившись впрок,
Море осени устанет.

Опускает сумрак дней
Серость в душу скучной ношей.
И сырая песня ночи
Моросит в душе моей.

Из печальной пустоты
Боль былая жжет и мучит.
И скулят во мне тягуче
Онемевшие мечты.

Голос ветра глух и зол.
Ночь становится безбрежной
От крутого шума волн
И озноба тьмы кромешной.

И любви осенний лад
Каплет в душу дрожью резче.
Феи призрачно глядят,
Плотью света мне мерещась.

Но страшусь: опять обманут
Грезы, что мне свет сулят.
Только тайные туманы
Бродят в радости услад.

Чей-то крик, во мне покоясь,
Превратился в голос нежный.
Это танца смерти голос —
Танца мертвой девы снежной.

Вожделенна и прекрасна
Дева грезы. Тишиною,
Лаской томной, сном неясным
Дух ее передо мною.

Вижу луч и в нем пророчу
Блеск души звездой ночною
И магические очи,
Полоненные мечтою.


МГНОВЕНИЯ

О, возлюбленная тьма! Живой сон
медлительных ночей, где зряча лишь
страсть. И всегда-всегда неутомима
несказанная меланхолия поцелуя.
Реймон Пуэйо

Я всю ночь напролет грежу ею в пылу.
Мои губы готовы к ее поцелую.
В шуме дня же я памятью тщетно ловлю
Тот неистовый миг, когда знаю: люблю.

Но невечною памятью мне не сберечь
Эту ночь проливную, ее огнетечь,
Когда я пред видением пал, не переча,
Чтоб у ног его с клятвой растерянной лечь.

Фимиама дыханье не вспомнится днем.
А в ночи что-то сладко витает, дурманя.
В этой зыби пьянится душа моя сном.

Та отрава сочится в меня, а потом
Облекает, и длится, и мучит, и манит,
И кадит мою душу своим колдовством.


ПЕСНЬ РАССВЕТА

Монастырский звонарь зазвонил среди гор,
И сбегаются в сумерках к речке олени.
Ветерок так по-женски в забвеньи и лени
На воде уже выплясал дрожи узор.

А тропой караваны идут, и простор
Колокольцами полнится; движутся тени.
Жду рассвета, забыв о печали и тлене,
Слышу тихий средь пашен ночных разговор.

А пейзаж деревенский в глубоком ущельи,
Как ленивый орел у скалы на груди,
Что вонзил свои когти в прохладные щели.

Ароматы несут меня — мрак позади.
Под деревьями жду вдохновенно опять
Дух, что явится тихо желанья венчать.


ПЕСНЬ ЛЮБВИ

Ночь сладострастна, ночь моя сладка,
Напоена гашишем и бальзамом.
Иду я в опьяненьи лучезарном.
Ночь сладострастна, ночь моя сладка...

Мне море с ветром дарит поцелуй.
А свет вокруг меня цветет весенний.
О, праздник ночи, сердца Воскресенье!
Мне море с ветром дарит поцелуй.

Но свет в душе тихонько меркнуть стал,
Хотя уста еще хотят лобзанья...
Свет, лик луны и ночи ликованье...
Но свет в душе тихонько меркнуть стал.


ПОД СЕНЬЮ АКАЦИЙ

Живые лепестки срывает ветерок,
Напоенный благоуханьем сада.
И к душам греза подступает и услада.
А вечер перламутр и высок.

Акации, испив жары глоток,
Качаются, дыша легко и чисто,
Снежат цветами белыми душисто,
И ветер лепестки захватывает впрок.

А свет акаций мягок и глубок.
Серебряные пряди никнут странно
К волшебной плоти звонкого фонтана.

То капает вода: цветок, еще цветок.
Она, как слезка детская, прозрачна.
А музыка ее стройна и новобрачна.

Живые лепестки срывает ветерок.


ТРЕПЕТ

Рой абрикосовых бликов
Жалит ночную вуаль.
С моря уходит печаль
В отблесках лунного лика.

Чары неверно и зыбко
Прячутся под синеву.
Душу мою наяву
Вдруг озаряет улыбка.

Трепетны, неуловимы,
Воспоминанья любви
Быстро восходят в крови,
Если проходишь ты мимо.

Чувство кристальное это,
В радужной млея тиши,
Роет во тьме, близ души,
Теплые борозды света.


ПЧЕЛЫ

Мои желания — взлетающие пчелы.
Пронзая золотистую черту
И золотистою пыльцою морося,
Они взлетели светлым роем
И улетели за предел долины,
И, разрывая полумрак тумана,
Вдруг устремились к солнцу целым роем,
А солнце — золотой цветок тумана.

Так изумрудны, солнечны, рубиновы,
Впитавшие в себя все краски и оттенки,
Они взлетели из глухих ущелий,
С полян и ласковых полей пшеничных.
А я, отверженный, стою на берегу.
Мечта меланхоличная моя
Протянута к далеким цветникам,
Где в этот миг расселись беззаботно
Моих желаний золотые пчелы.

Ах, на заре
Мне снова колесить дорогой страха.
Я, переполненный до онеменья чувств
Вином чернейшим ночи,
Опять обязан исходить
Крутые тропы собственной боязни.
И, заискрясь под черепом моим,
Возникнет в пламени святом надежда.

Моих желаний золотые пчелы...
Их возвращенья с нетерпеньем жду я
После полудня в неурочный час.
Только они в дороге потерялись.
Уже стемнело.
Зря я, видно, жду
Их медоносного — с одышкой — возвращенья.

Я очень утомился, ожидая
Сладчайший мед своих желаний ярких.
И в неурочный этот бред
Я счастлив буду даже получить
Одно отравленное жало
Заблудших пчел моих желаний.


ЯСНАЯ ЗИМНЯЯ НОЧЬ

Окно открыто нежности твоей.
Позволь же, ночь, напиться нынче всласть мне
И молоком твоей светлейшей страсти,
И влажным волшебством твоих лучей.

Прозрачная и трепетная ночь!
Пусть волны колдовства мне в сердце бьются,
И струи белых снов мне в сердце льются
И мрак тревоги прогоняют прочь.

Пусть торжествует царство немоты.
Мне пить неутолимо дрожь нектара.
А время смертная постигнет кара,
И я паду пред храмом темноты.

И я паду, как падает слеза, —
Самим смиреньем, кротостью самою.
Пока меня заря собой омоет,
Забудут горизонт мои глаза.

О, чудо-ночь, прими меня в себя!
Прими, мистическая безмятежность!
Во мне жива молитвенная нежность —
Я поцелуй отдам тебе, любя.

Воспоминаний комната полна
О дикой страсти ветра в час проклятый.
От страха перед яростью объятий
Стенают щели стен, не зная сна.

Ворвись в мое окно, развея грусть,
Заполни келью пламенно собою,
Все щели сутью полони святою,
И я на утренней заре проснусь.

Окно открыто нежности твоей.
Позволь же, ночь, напиться нынче всласть мне
И молоком твоей светлейшей страсти,
И влажным волшебством твоих лучей.


СУМЕРКИ

Деву заката пурпурный красит наряд.
Но отчего я один с грезой печальной своею?
И отчего я теряюсь в объятиях ее и немею?
А над моей головою благоухает гранат.
О, лучезарный цветок! Мимо прошла ты легко.
Что-то в душе моей дрогнуло песней неспетой.
Ты улыбнись, возвращаясь дорогою этой,
Мне — света жажду я так глубоко.
Мгла опускается в душу мою, где давно уже ночь.
И на заре ожиданий снова тревожат сомненья.
Лишь пригубив розовый запах забвенья,
Вновь обращаюсь к тебе, чтоб себя превозмочь.
Стану под ясной луной или, быть может, впотьмах
Слушать рубиновый пульс грезы своей напрасной.
Где же улыбка и свет, жизнью даримые страстной?
Как же мне сбросить тот груз,
Что у меня на плечах?
Ты приходи!
Хватит мерзнуть в разлуке мечте.
Так я устал колесить в одиночку тропой незаметной.
Дождь моросит в мою душу, и дрожь стала смертной.
Праздно застыла рука в траурной пустоте.

Перевод c армянского АЛЛЫ ТЕР-АКОПЯН

 

Дополнительная информация:

Источник: Сборник стихов “Из западноармянской поэзии”. Издательство «Советакан грох», Ереван, 1979г.

Предоставлено: Аида Аветисян
Отсканировано: Аида Аветисян
Распознавание: Аида Аветисян
Корректирование: Аида Аветисян

См. также:

Стихи Сиаманто в переводе Аллы Тер-Акопян

Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.  Legal Notice