ArmenianHouse.org - Armenian Literature, History, Religion
ArmenianHouse.org in ArmenianArmenianHouse.org in  English
Интервью Лилит Епремян с Ашотом Сагратяном

РАССТАВИМ ПАРТЫ АМФИТЕАТРОМ...

Август 2000 года, Москва
Специально для “НВ”

В Государственной думе Российской Федерации в качестве журналистов-международников аккредитовано немало армян. Аристакесович Ашот САГРАТЯН в их числе. Человек, которого мы отлично помним по роли Севачеряна в к/ф “Братья Сарояны”, фильм-сказку которого “Волшебный лаваш” смотрит не одно уже поколение армянских детей.

Он родился в Москве(1936), воспитан в духе традиций Асан-Джалалянов из Карабаха. Его отец, полковник Аристакес Сагратян, много сделал по строительству железных дорог в Армении, автор единственной в своем роде книги о железных дорогах Закавказья. Предки – выходцы из Исфагана, осевшие частью в Муше, частью – в землях российских, куда в 1659 году Загарий Саградян привез алмазный или Павлиний трон в дар Алексею Михайловичу, отцу Петра Великого – за то, что пожалован был наследным правом сидеть в присутствии русских царей и торговать беспошлинно...

Ашот Сагратян читал мне свои прекрасные стихи, комментировал переводы, а я, слушая его рассказ о первой и второй эвакуации семьи в Армению, о том, что он “шуртвац”, размышляла о том, сколько и чего мы недополучили вовремя от человека, содержание жизни которого – бескорыстное служение двум родным культурам: русской и армянской. Еще не поздно “запрячь” его опыт, знания и умение в программу воспитания и образования, используя его связи и авторитет. Благо он не против. Но умеем ли консолидировать наш творческий потенциал для создания в мировом сообществе ОБРАЗА своей родины, если не решения, то хотя бы выдвижения проблем, в которых Армения кровно заинтересована?

Стараниями Сагратяна в феврале 1988 года в Москве была открыта первая национальная воскресная школа – армянская, в левом флигеле бывшего Лазаревского института восточных языков, которому исполняется в этом году 185 лет.

Мой собеседник показывает копию своего письма на имя А.Н.Яковлева в Политбюро, в котором изложены мотивы, побудившие его, старшего преподавателя кафедры художественного перевода Литературного института им.А.М.Горького, поднять вопрос государственной важности – об открытии этношкол.


– В воздухе пахло распадом СССР, – говорит Сагратян, – власть сама была заинтересована в переменах позитивного толка. Мне позвонил инструктор МГК Кузенков, и мы с ним пошли на прием к тогдашнему постпреду тов.Айказяну. Понимание было полным, и дело пошло. С прискорбием сообщаю, что в бочку меда тотчас была добавлена ложка дегтя. Вести занятия в воскресной школе вызвалась бригада Елены Галстян. Платные, “хоровым” методом. Грузины, которым я любезно сообщил о такой возможности, тотчас открыли в столице две воскресные и обе – бесплатные... Дальше – больше. Московский Комитет образования активно принялся за формирование общеобразовательных школ с национальным уклоном. Их теперь в Москве целых 47... Сквозь призму Закона о национально-культурной автономии проявились и негативные стороны дела: налицо “заболачивание”, влияние земляческих узколобых интересов. Не очень-то здоровый климат в общинах, бесспорно, повлиял как на качество образования, так и на подбор кадров. Согласитесь, это же нелепо – годами жить в Москве и все еще плохо изъясняться по-русски. Трудно сказать, что тому причиной. Понятно, что психологический климат, в котором живут мигранты, не стимулирует потребности вырваться из привычного круга – в семье, в этноячейке куда как спокойнее. Однако дети растут в информационном поле русского языка, которому время возвращает его изначальный статус собирателя культур и объединителя народов.

– Сколько армянских школ в Москве в итоге удалось открыть?

– Целиком армянской можно назвать разве что школу N 1110, где учится около 640 ребят. Там, как мне стало известно, положение с преподаванием русского улучшилось. В УВК N 1650 целых 22 разноязычных класса: там сильный директор, и преподавание как армянского, так и русского находится на уровне требований образовательного стандарта. Есть еще ДОУ N 1888, но полной школой это образовательное учреждение назвать пока нельзя: у него нет перспектив... Правда, положение обещает выравниться.
Союз армян России (САР) и Армянский национальный конгресс всячески поощряют возникновение новых воскресных школ в местах кучного проживания армян, однако не так блестяще обстоят дела с подготовкой соответствующих кадров, равно как и с повышением их квалификации - по целому ряду объективных причин. Одна из них – наличие регионов, где русский язык вытесняется из обихода...

– Вы намекаете на то, что и в Армении в какой-то период...

– Прискорбно, но факт: такое имело место, и нам трудно отмыться от этого позора. Иначе не назовешь эту, пусть краткосрочную, но все же выходку. Ограниченность политиков, посягнувших на многовековые армяно-русские связи, лишила молодое поколение армян возможности своевременно получать полноценную информацию, которая шла к нам, приумноженная достижениями русской культуры.
Смею напомнить, что 185 лет тому назад основатели Лазаревского института восточных языков краеугольным камнем своего образовательного учреждения считали подготовку добротных кадров для геополитики России на окраинах. Достаточно вспомнить, что там были кафедры кавказских языков. А много ли языков знает армянский школьник сегодня?.. Что тормозит развитие наших детей? Программно-урочный метод? Может, пора переориентировать обучение на эмоционально-образный язык? Вот мы гордимся нашим Матенадараном, а много ли взято оттуда и обращено на пользу обучения?.. Понимаю, скажете, что общие представления о выдающихся деятелях родной культуры школьники имеют. Но ведь этого мало, им положено знать, что в это же время творилось в сопредельных с Арменией странах, какими они нас видели, как в разное время относились к нам и строили свою политику. Вырваться национальному сознанию за рамки привычно-обыденного, бытового не так уж и просто. Если в Бермудском треугольнике бесследно исчезали корабли и самолеты, то в Гайканском – царства и цивилизации.

– Какие они, эти уроки “науки выживания”?

– Видите ли, извечный спор армянских интеллигентов в конечном итоге разрешился: принятие христианства хоть и обрекло народ на известные страдания, но дало и Маштоца, и алфавит, а эти 36 букв, украсившие акростих Давтака Кертога в его “Плаче на смерть князя Дживаншира”, еще и упрек гордыне правителя в канун арабского нашествия. Уроков много, важно преобразить их в прикладную науку, и прежде всего в области образования.

– Уж не хотите ли вы сказать, что в наших школах и парты не должны располагаться в казарменном порядке?

– А почему бы не амфитеатром, полукругом, как это было в древнем мире? Разве модель солнечных часов на наших храмах не подсказывает то же?! Ученики – цифирь (можно и в буквенном обозначении), а штырь – Учитель. Или Христос не так смотрелся средь двенадцати учеников?!

– Вдали от Армении нелегко браться за реформирование армянских учебных программ. Вы пробовали сделать конкретные шаги в национальных школах Москвы?

– Видите ли, определенные наработки уже имелись, и я пытался их внедрить в том же ДОУ N 1888, с армянским “компонентом”. Но там руководство оказалось не готовым к каким бы то ни было новациям: сказалась низкая бытовая культура, низкий порог восприимчивости плюс амбиция и гонор – месяца через полтора пришлось уйти.
В первом классе я вел урок... сказки: меня попросили расшевелить ребят. И мы фантазировали. Целых 45 минут. Культура выразительного чтения, наполнение сюжета как объем воображения. Отрабатывал логику поступков героя, выверял с детьми дистанцию, правомочность происходящего. Культура преподнесения предмета – весьма важный, если не самый организующий фактор... Другой урок был посвящен гражданскому подвигу чешского художника Иржи Носека, который ученикам художественных школ Праги и Лейпцига читал армянские народные сказки и просил нарисовать их “огненный мир”: под таким названием 1 июня 1966 года в Доме художника Армении с грандиозным успехом прошла именно эта выставка... Вы бы видели глаза наших ребят! Говорили о хачкарах, об армянском орнаменте как обереге от злых сил. Так, незаметно, подошли к авторской сказке Агаяна “Анаит”. Разговор перешел на ремесла, на искусство армянских каменотесов, сумевших в веках так заткать каменными кружевами крест, что он из символа веры в одночасье превратился в символ высокого искусства, верокультуры...
Мне дали вести несколько уроков в 4-5 классах. Там я начал разговор со становления образа национального героя. От эпоса и до героев национально-освободительной войны, до Муса-дага. Говорили о святомучениках и житиях, о гричах и таргманах, трудами которых дошли до нас сокровища национальной культуры. Говорили о воспитании упорства и скромности, о безымянном гриче судили-рядили, вместе лепили образ того, кто своими деяниями пережил века. Словом, готовил трудно адаптируемых к российской ментальности учащихся к культуре диалога в диалоге культур.

– В каком направлении, по-вашему, должна бы происходить реформа армянской школы?

– Если идти не от модели школы Тер-Тодика, а от того, что усвоила за века армянская философская мысль, то в ближайшие же годы совместными усилиями можно было бы разработать принципиально иной вариант программы для общеобразовательных школ. Уже есть проект – засчитывать выпускные экзамены как вступительные в любой вуз, а если учесть, что дистанционное образование, в том числе через сеть Интернет, предоставляет безграничные возможности, именно школьная база знаний в первую очередь должна быть пересмотрена в пользу выпускника. Гуманизация образования отнюдь не исключает узкой специализации. Научая школьника мыслить философскими категориями, мы даем ему в руки универсальный ключ, а подходы он сам найдет: выбор за ним. Возможно, придется перестроиться прежде всего нашим дорогим чиновникам от образования. Ныне в России работает несколько программ, есть экспериментальные площадки: наши этношколы, к примеру. Армения могла бы, обобщив опыт и результаты этих программ, выработать свою, унифицированную, базируясь, скажем, на лучших достижениях советской школы доперестроечного времени. Но, в первую очередь, надо выправить положение со статусом русского языка в национальных школах: нельзя лишать молодежь пользоваться почти неограниченными возможностями информационного поля русского языка. Насколько мне известно, Литинститут уже более десяти лет не готовит кадры для нацреспублик, а ведь был проект – ввести в школах обязательным предметом искусство перевода. Мы же начинались как переводческая нация и единственные в мире имеем праздник Святого Переводчика...

– На какие темы вы хотели бы поговорить со своими ереванскими коллегами?

– Ну почему бы не поговорить об итогах, в том числе гуманитарных, завоевательских войн? Того же Македонского... Не странно ли, эллинизм нашел быстрое распространение тотчас по его смерти. Он ведь и Армении коснулся напрямую. Я имел честь редактировать русское издание книги Мицоса Александропулоса, проницательным взором оглядывающего пройденный Арменией и Грецией исторический путь. А кто проанализировал итоги Тиграновых побед? Какая она, эта страна “цовиц цов Айастан”? Лично я основы курса “Граждановедение” вижу во вдумчивом подходе к историческим урокам наших судеб. Почему бы не создать принципиально новый учебник “Армения глазами соседей и завоевателей”? Может, следует прислушаться к тому, что говорил Раффи и не отрицать многое из того, что увидел в нас Симеон Леаци?! Сдается, что в первую голову придется менять вектор сознания обучающему контингенту... К этой работе я бы охотно подключился.

– Работа на отдачу, говорят, притормаживает годы...

– Я, можно сказать, прожил более чем счастливую жизнь и продолжаю в том же духе: всю жизнь занимался любимым делом. И еще, я никогда “не светился”. В 1956 году дал обет посвятить сорок лет переводу и с честью вышел из этого испытания. А ведь я поэт, молчавший сорок лет! И проза у меня есть, и пьесы, и эссе... Готовлю подарок соотечественникам и тем, кто искренне любит армян и Армению – сборник стихов и переводов: из Чаренца, Исаакяна, Туманяна, Шираза. Да, в Академию педагогических и социальных наук (АПСН) я был принят за авторскую разработку концепции этношколы. Сперва членкором, а по представлении итогого труда, учебника по философии и психологии перевода “Искусство, осязаемое пульсом” (Введение в опыт перевода), – действительным членом. Хотел бы издать эту книгу в Армении. Она – плод моих стараний на пользу отечеству: за 25 лет работы в Литинституте я успел подготовить три группы переводчиков с армянского (грабара, ашхарабара, западноармянского). Московский Комитет образования оказал мне доверие, а правительство Москвы грозится выделить здание бывшего детсада под школу восточных языков, воспреемницу и продолжательницу традиций Лазаревского: хотят увенчать мою седую главу ответственностью за подготовку переводческой смены. Союз переводчиков России доверил мне и набор молодежной секции, благо Торгово-Промышленная палата уже утвердила аттестационные правила... Международное Сообщество писательских союзов поручило мне вести на страницах его печатного органа, газеты “Литературная Евразия”, рубрику: ВОСТОК плюс ЗАПАД = ЕВРАЗИЯ. Желающие могут принять участие в дискуссиях по диффузии культур. И Армения выглядит там как духовный каравансарай. Там найдется место и бродячим сюжетам, можно помыслить и о великих переселениях народов, включая нынешнюю миграцию, грозящую выйти из-под контроля. Содержательный стержень полноценного образования, некая спираль взросления чувства гражданской причастности к происходящему – только это может остановить и придать творческий импульс этому подобию броуновского движения... Не знаю почему, но мне доверяют, заказывают статьи, приглашают на симпозиумы, конгрессы, философские чтения. Из последних публикаций уместно отметить “Влагая душу в образ слова” (Институт психологии РАН, сборник “Интеллект и творчество”), “Европа – Россия: к культуре диалога в диалоге культур” (Российская Академия наук, Институт Европы РАН, Совет социальных исследований, сборник трудов), “Полемические заметки к этическому портрету Н.В.Гоголя” (“Литературная Евразия”)... Выступал на 67-м конгрессе ПЕН-клуба в Москве на темы: “Экология слова” и “Потворники геноцида”. Принял участие в I-м Международном конгрессе по музыкотерапии, выступив с докладом “Музыка поэтического слова в драматургии пауз”. А на днях получил приглашение на конгресс в Австрию, где будет проходить экуменический диалог на тему “Духовное здоровье”... Не в этом ли счастье – интересно жить и воспитывать достойную смену себе: ни знаний своих, ни умения ни от кого не скрываю. Бери и пользуйся, если во благо применить умеешь...

– А про золотую Пушкинскую медаль умалчиваете?..

– Я первый такой лауреат на Кавказе, в ноябре 1999 года был награжден за принципиально новое прочтение “Путешествия в Арзрум...”. Дал трактовку этого произведения как духовного завещания. Написанное спустя семь лет после похода 1829 года, оно вобрало в себя опыт раздумий над судьбами эпохи... К тому же это готовый киносценарий, где Армении и доблестному русскому воинству уделено достаточно внимания. И нам надо научиться не только гордиться этим, но и сквозь призму описанного посмотреть на себя со стороны. А это всегда полезно.

Дополнительная информация:

Источник: http://iatp.am/nv/staff/lilit/

См. также:

Ашот Сагратян - биография

Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.  Legal Notice