ArmenianHouse.org - Armenian Literature, History, Religion
ArmenianHouse.org in ArmenianArmenianHouse.org in  English

Саркис Кантарджян

Я ВЫБИРАЮ ВАС

Previous | Содержание | Next

ДАВИД, ОН ЖЕ - ДОДИК

Давид Ашхарумов, с которым меня связывала почти полувековая дружба, появился в нашем классе в 1951 году, после расформирования в школе имени Дзержинского одного из пяти имеющихся в тот год пятых классов. Я сразу же проникся к нему симпатией, часто встречался с ним в музыкальной школе, где работала его мама. Она была педагогом по классу скрипки. Это по своей инициативе она записала Давида на свою фамилию, так как в их роду не было никого, кто стал бы продолжателем рода Ашхарумовых, но он не оправдал ее надежд. Так как большинство моих однокласников, в том числе и я, были отъявленными сорванцами, Давид сразу выделился среди нас своими интеллигентными манерами, которые подчас были предметом насмешек над ним на протяжении всей его, увы, очень короткой жизни.

Так, например, на уроках литературы наш класс форменным образом покатывался с хохоту, когда учительница в конце урока пыталась забрать у него тетрадь с сочинением, а он не отдавал, заявляя, что еще не закончил введение. Замечу, что за эти незаконченные сочинения ему всегда выставлялись положительные оценки, поскольку он, в отличие от нас, успевших переписать стандартные фразы из стандартных шпаргалок, действительно, пытался проявить творческое начало, и ему, естественно, катастрофически не хватало времени на раскрытие всей темы. И вообще, все, что он ни делал, он старался делать основательно, без какой-либо халтуры.

По состоянию здоровья он был освобожден от сдачи выпускных экзаменов в школе и, получив аттестат зрелости, первым подал документы для поступления на электротехнический факультет ЕрПИ. Однако мое совместное с ним обучение в высшей школе не состоялось. Дело в том, что в сентябре 1956 года на экраны вышел аргентинский фильм “Возраст любви”, и мой друг безумно влюбился в Лолиту Торес. Пока мы готовили и сдавали курсовые работы, он в публичной библиотеке усиленно изучал испанский язык и не был допущен к экзаменационной сессии. Впоследствии это позволило ему иногда подрабатывать на переводах с испанского.

Оставшись за бортом института, Давид продолжал изучать испанский язык, на котором написал любвеобильное послание своей Дульцинее. Летом 1957 года он без всяких особых усилий поступил на механико-математический факультет ЕГУ. Там ему что-то не понравилось, и он принялся готовиться к поступлению в самый престижный по тем временам вуз – Ереванский медицинский институт. Через год он добился все же своего, но через месяц написал заявление с просьбой отчислить его из института, так как не мог заставить себя зайти в анатомикум.

Когда мы уже учились на четвертом курсе, Давид поступил на работу в очень популярный тогда научно-исследовательский институт, занимающийся проектированием систем управления “ЦНИЛСУ”, в котором занимался разработкой монтажных схем. Попутно он увлекся собаководством, в основном увлекался догами, приводил их к нам домой, и мои дети с упоением наблюдали, как его очередной любимец в один присест расправлялся с тортом, испеченным моей супругой специально для вечерних гостей.

А еще Давид выучился игре на гитаре, и даже один раз выступил на телевидении, исполняя русские романсы.

Став помощником Предсовмина, я на просьбу одного из знакомых министров найти для него помощника, порекомендовал ему Давида. Там он быстро навел порядок в канцелярии, поставив делопроизводство на прочные рельсы. К сожалению, у него вскоре скончалась мама, и моему другу пришлось залезть в долги. Узнал я об этом слишком поздно, когда сумма долга с процентами приблизилась к четырем тысячам рублей. Теперь уже мне пришлось просить министра включить его в список сотрудников министерства, которых за хорошую работу в тот год решили поощрить покупкой автомобиля. Это было перед самым распадом СССР. Продав машину, Давид сполна расплатился со всеми своими кредиторами.

Наступили в Армении голодные и холодные годы. Воспользовавшись территориальной близостью Армпатента с его министерством, я решил принять более активное участие в его холостяцкой жизни, оформив Давида к себе на работу по совместительству. Я поручил ему заниматься вопросами снабжения, что для вновь создаваемого ведомства было довольно трудно решаемой проблемой. Коллектив одобрил его приход, увидев в Давиде исключительно порядочного и исполнительного сотрудника. Однако жизнь в полном одиночестве, некалорийная пища и, в особенности, холод подорвали его и без того шаткое здоровье. Его сердечная мышца очень ослабла. Мои попытки уговорить его оформить свои отношения с подругой, с которой он дружил еще с тех лет, когда оба увлекались собаками, хоть и увенчались успехом, но, к сожалению, было слишком поздно. Мне кажется, что он тянул с браком, зная что его подруга уже кандидат наук, и его женитьбу с нею некоторые могут расценить как неравный брак. Когда же он, наконец, решился на этот шаг, было, увы, очень поздно. Продав свою однокомнатную квартиру и переехав к супруге, Давид успел пожить в нормальных условиях всего лишь несколько месяцев. Он скончался в 1997 году.

С супругой Давида на его могиле

С супругой Давида на его могиле

В память о моем друге у меня осталась небольшая печка, которую он смастерил своими руками. Тепло от этого подарка и сегодня греет мою душу.

Дополнительная информация:

Источник: Саркис Кантарджян. "Я выбираю Вас" (рассказы). Издательство “Айагитак”, Ереван, 2005г.
Предоставлено: Саркис Кантарджян

Публикуется с разрешения автора. © Саркис Кантарджян

См. также:
Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.  Legal Notice