ArmenianHouse.org - Armenian Literature, History, Religion
ArmenianHouse.org in ArmenianArmenianHouse.org in  English

Эдуард Авакян

ОДНОЙ ЖИЗНИ МАЛО


Книга I:   гл.1  гл.2  гл.3  гл.4  гл.5  гл.6  гл.7  гл.8  гл.9  гл.10  гл.11
гл.12  гл.13  гл.14  гл.15  гл.16  гл.17  гл.18  гл.19  гл.20  гл.21

Книга II:   гл.1  гл.2  гл.3  гл.4  гл.5  гл.6  гл.7  гл.8  гл.9  гл.10  гл.11
гл.12  гл.13  гл.14  гл.15  гл.16  гл.17  гл.18


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

В один из воскресных дней, после полудня, возвращаясь из парка Святого Джеймса, куда Эмин ходил, по обыкновению, посмотреть на военные занятия, он неожиданно встретил мистера Дейвиса. В первое мгновение он не узнал этого статного, в черном плаще и блестящем цилиндре мужчину. Бледное лицо этого человека при виде Эмина озарилось улыбкой. Он приподнял цилиндр, приветствуя его. Эмин слегка поклонился ему, решив, что джентльмен просто ошибся, и продолжил путь. Но, оглянувшись, заметил — незнакомец с улыбкой смотрит ему вслед. Господи! Ведь это же старый друг его отца! Тот самый, что несколько недель назад посетил его и доставил столько волнений, а супругам Роберти дал повод для нескончаемых разговоров.

Мистер Дейвис медленно подошел к нему.

— Как поживаете, молодой человек? Мне кажется, не узнали меня, не так ли?

— Простите, бога ради. Но у меня в Лондоне нет знакомых, и вдруг здесь, в парке святого Джеймса, мне кланяются. Я просто не ожидал.

— Понимаю,— слегка кивнул мистер Дейвис.— Решили прогуляться?

— О нет, я прихожу сюда, чтобы посмотреть военные учения гарнизона. Как это замечательно!

— Бросили родной дом, чтобы любоваться иностранными солдатами в парке Святого Джеймса?! — засмеялся мистер Дейвис.— Прекрасное времяпрепровожде…

Эмин не понял, что мистер Дейвис шутит, и сухо ответил:

— Я приехал сюда не любоваться военными учениями, а чтобы самому стать солдатом. Я намерен получить здесь европейское военное образование.

Улыбка исчезла с лица мистера Дейвиса. Он понял, что обидел юношу.

— Теперь мне все ясно. Но вот что я хочу сказать вам, мой молодой господин, вы затеяли трудное, почти невозможное дело.

— Мой дед говорил, в каждом деле трудно начало. Вы не можете себе представить, что я испытал, чтобы приехать сюда.

— Но, как вижу, пока никаких успехов, ничего приближающего к цели?

— Вы правы. Пока ничего, кроме надежды. — Может, стоит подумать о возвращении в Индию? Знаете, я еще не ответил вашему отцу. Деньги пока у меня.

— Я, быть может, на какое-то время вернусь домой. Но в одном случае — если получу военное образование. Если нет — не вернусь никогда. Этого требуют интересы той страны, которая действительно является моей родиной.

— Но, мой молодой друг, напишите письмо отцу. Ваш отец очень страдает.

— Я послал ему несколько писем, но не получил ответа.

— Напишите снова, я отправлю письмо сам, вместе с моим. На днях в Индию отплывает корабль. Капитан мой друг.

— Хорошо,— ответил Эмин.— Вы очень добры ко мне.

— До свидания. Рад был повидать вас. До свидания.

Мистер Дейвис приподнял цилиндр, отвесил легкий поклон и удалился.

Вечером Эмин сел за письмо отцу. Он подробно описал свою вторую встречу с мистером Дейвисом. И просил отца сменить гнев на милость — молиться за него, за его удачу; в постскриптуме напоминал ему слова деда: «Всему свой черед. Терпение побеждает даже время».

В следующее воскресенье Эмин опять увиделся в парке с мистером Дейвисом. Тот одарил его своей доброй улыбкой. Эмин был рад ему: казалось, он встретился с родным человеком. Когда он протянул ему письмо, мистер Дейвис с интересом взглянул на конверт:

— Где вы научились так красиво писать? Удивительно! Истинный каллиграф!

— Я учился английскому в Калькутте и здесь, в общей сложности около двух лет.

— Человек с таким прекрасным почерком занимается тяжелым трудом! Нет, мой молодой друг, это никуда не годится. Вы немедленно должны бросить эту лавку и подыскать другую работу, более подходящую.

— Нет, нет, мистер Дейвис, это невозможно. Как могу я бросить работу? Ведь у меня нет никаких средств к существованию. И кто мне поможет?

— Значит, в Лондоне у вас нет знакомых? — улыбнулся мистер Дейвис, покачав головой.— А я тогда кто же, позвольте спросить? Неужели мы с вами не знакомы?

В сгущающихся сумерках его глаза смотрели с упреком.

— Вы... вы хотите помочь мне?— спросил Эмин нерешительно.

— Один из моих знакомых адвокатов нуждается в писаре. Вы незамедлительно отправитесь к нему. Мистер Уепстер весьма сведущий и деловой человек. Было бы неплохо, если б он согласился. У него есть чему поучиться, а он бы приобрел отличного служащего.

— Но, мистер Дейвис, с моим незавершенным образованием смогу ли я надеяться, что он...

— Мой милый друг, вы недооцениваете мое влияние. Постарайтесь исполнить то, что я сказал.

Мистер Дейвис достал из кармана визитную карточку и протянул Эмину.

— Отправитесь на Куин-стрит, в Чипсайд, найдете частного адвоката мистера Уепстера, вручите ему эту визитную карточку и объясните цель своего прихода. Он сделает для вас все. Клянусь, будет так, как я говорю. Эмин взял визитную карточку, как самое дорогое сокровище, низко поклонился мистеру Дейвису, который снова приподнял свой цилиндр, и сразу отправился в путь.

Он шел погруженный в свои мысли. Сегодня судьба вновь улыбнулась ему. Он поступит, непременно поступит на службу к мистеру Уепстеру, он будет просить, умолять, ему это необходимо. Рядом с образованными людьми он сможет многому научиться.


С замирающим сердцем Эмин отворил тяжелую резную дверь двухэтажного дома на Куин-стрит.

В приемной стояли дубовые стулья с высокими спинками, огромный письменный стол, за которым сидел человек с седыми бакенбардами. Он поклонился, потом приоткрыл рот и уставился на вошедшего застывшим взглядом. Эмин подумал, что сейчас этот человек с козлиной бородкой устроит ему допрос. Так и произошло.

— Ми-ми-мистер... что...

— Я хотел бы видеть мистера Уепстера.

— М-м... У вас есть прошение?

— Да,— отозвался Эмин, не зная, как избежать расспросов.

— Сейчас... М-м... Подождите...— Он поклонился и, шаркая туфлями, направился к высокой двери, украшенной орнаментом. Тихонько приоткрыв ее, проскользнул внутрь.

Немного погодя он вынырнул обратно и, продолжая шаркать ногами, проговорил:

— Прошу вас... м-м...

Эмин, которого изрядно раздражала медлительность и дотошность старика, вскочил с места и почти ворвался в полуоткрытую дверь, но тут же остановился, пораженный роскошной обстановкой. У стен стояли книжные шкафы с резными украшениями. Книг в богатых переплетах с позолотой было не счесть. На полках, на столах, даже на стульях — повсюду своды законов.

Эмин вздрогнул, увидев за столом, покрытым красным сукном, человека. На маленьком, немного вздернутом носу его поблескивало пенсне. Человек что-то торопливо писал, словно за ним гнались. Большая седая голова клонилась вслед за бегающим по бумаге пером.

Заметив Эмина, он поднялся, отложил перо и, протянув как старому знакомому руку, воскликнул:

— А, это вы, прошу!

Выглядевший за столом грузным, на самом деле он оказался небольшого роста, быстрым как ртуть. Подбежав к Эмину, он схватил его за руку и потащил к дивану.

— В чем дело? Аукцион? Не уплатили вовремя долгов?

— Мистер Уепстер, я пришел к вам по рекомендации мистера Дейвиса. Вот его визитная карточка. Вы, кажется, нуждаетесь в писаре, и он...

Мистер Уепстер, не дав Эмину договорить, вскочил, достал бумагу и, обмакнув перо в чернильницу, протянул растерянному Эмину:

— Садитесь, садитесь и пишите.

Эмин сел и взял гусиное перо. Сердце его колотилось, рука не повиновалась. Все произошло так скоропалительно. Однако он сумел овладеть собой, понимая, что одна кривая линия или ошибка могут оказаться для него роковыми.

Когда он закончил, то почувствовал, что на лбу выступили капельки пота. Мистер Уепстер взял бумагу, водрузил пенсне, снова снял и, округлив губы, с воодушевлением и живостью произнес:

— О, превосходно, господин... господин...

— Эмин, Иосиф Эмин.

— Превосходно, господин Иосиф Эмин. Эмин молчал.

— Вы можете считать себя принятым. Даже если бы не было рекомендации мистера Дейвиса, достаточно было увидеть ваш почерк. Отлично! Прекрасно! — повторил он.

Если бы час назад Эмину сказали, что из лавки мистера Роберти он попадет в контору одного из видных юристов Лондона и станет служить у него писарем, он бы рассмеялся. Как изменчива судьба и как коварна!

Можно вместо тяжелой ноши взять в руки перо, а остальное придет само собой. Он попал в общество, о котором грезил, в мир образованных людей, и сумеет воспользоваться своим положением!

Мистер Уепстер, почувствовав, что происходит в смятенной душе юноши, добавил деловым тоном:

— У вас будет завтрак, полдник, обед, ужин. Вы получите также жилье, вернее, небольшую комнату.

— Я постараюсь, чтобы вы были мною довольны, мистер Уепстер.

— Скажите, вы давно знакомы с мистером Дейвисом?

— Не очень. Но он хорошо знает моего отца. Еще по Индии.

— Весьма интересно. Кто же ваш отец, чем он занимается?

— Он армянин. Торговец. Служил когда-то в Ост-Индской компании.

— Стало быть, мистер Дейвис друг вашего отца? А друг моего друга — мой друг. Простой силлогизм.

Эмин не понял последнего слова, но уразумел, что хочет сказать мистер Уепстер. Он молча поклонился.

— Вы кажетесь мне благопристойным молодым человеком, господин Эмин. Дай бог, чтобы мы стали друзьями...


Так началась новая жизнь Эмина в конторе мистера Уепстера. Целыми днями он сидел в приемной напротив старика с козлиной бородкой, который от усталости часто моргал, посматривая на Эмина, или дремал и допоздна переписывал протоколы, составлял заявления и поручительства. Занятие, которое поначалу представлялось легким по сравнению с черной работой в лавке, оказалось довольно утомительным. За неделю на его указательном и среднем пальцах вздулись мозоли. А вечером, после работы, он с трудом разгибал спину. Однако не роптал.

День тянулся медленно. Но впереди был вечер, когда он мог, уединившись в своей комнате, отдаться чтению. Устроившись на кровати, он ставил подсвечник на край стола, брал какую-либо книгу и начинал читать. Читал смакуя, по нескольку раз останавливаясь на интересных местах. Случалось, даже выписывал то, что казалось важным.

Яркое впечатление произвела на него книга, где рассказывалось о жизни русского царя Петра Великого и шведского короля Карла XII. Петр Великий, имя которого ему было дотоле незнакомо, постепенно вырос в его воображении в громадную фигуру. Это был царь, который ради своей страны, ради ее будущего отправился в Голландию и сделался простым матросом, плотником на корабле. Во имя военного могущества своего государства он терпел тяготы на чужбине. А возвратясь на родину, создал армию и флот, превратил отсталую Россию в великую империю и разгромил армию Карла XII.

Читая об этом, Эмин и сам начинал мечтать, что когда-нибудь, получив военное образование, соберет армию, поднимет на борьбу свой народ. И засыпал с этой мечтой. А днем, сидя в конторе за переписыванием чужих бумаг, продолжал думать о прочитанном. Ему казалось, что это он сам, став простым воином, сражается на поле боя за будущее своей отчизны.

Дни шли, и неожиданно произошло событие, которое чуть не оказалось для него роковым. Рано утром мистер Уепстер пригласил к себе Эмина. Он сидел за столом, покрытым красным сукном, и сосредоточенно изучал какую-то бумагу. Когда Эмин вошел, мистер Уепстер опустил пенсне, поморгал, потом долго смотрел на него, не произнося ни слова. Лицо его было сердитым и удивленным. Эмин увидел на столе протокол, недавно переписанный им. И тут же почувствовал что-то неладное, связанное именно с этой бумагой, однако никак не мог сообразить, в чем же дело.

— Что это такое? — спросил мистер Уепстер, показывая на злополучную бумагу.

— Протокол.

— И я был такого мнения, пока не прочитал. Будьте любезны взглянуть сюда. Берите, берите! Чего же вы?

Дрожащей рукой Эмин взял лежавшую на столе бумагу и, пробежав глазами несколько строк, пожал плечами. Самый обычный протокол. Написан четко и красиво. Он вопросительно посмотрел на мистера Уепстера.

— И вы ничего не находите?

Эмин продолжал читать и неожиданно чуть не вскрикнул от ужаса. Что за наваждение! Он занес в протокол целое предложение из книги о жизни Петра Великого. Официальный текст — и снова строчки из той книги.

— А теперь извольте прочитать вот это,— мистер Уепстер протянул Эмину другую бумагу.

Эмин в страхе заметил, что и здесь добавил от себя. Он медленно положил написанное на стол, понурил голову и покорно ждал приговора.

— О, господин Эмин, это весьма оригинально! Подумать только: в протоколе о простом аукционе — Петр Великий! Весьма оригинально!

— Мистер Уепстер, я... понимаете, я совсем недавно читал книгу о нем, она произвела на меня такое впечатление, что...

— У вас, как я уже слышал, странная мечта. Да вы сами рассказывали об этом. Хотите стать военным. Все возможно, но мечтательный воин — это уже ни к чему! Впредь прошу все свои мысли и мечты держать при себе. Мне нужны аккуратно, красиво переписанные протоколы. Без Петра Первого и без военных баталий.

— Значит, вы не увольняете меня?! — обрадовался Эмин, он уже совсем было отчаялся.

— На сей раз нет. Но чтобы больше подобного не повторялось! Перепишите все заново, без ошибок, понятно?

Эмин, взяв бумагу, вышел. Придвинул стул и, устроившись у письменного стола, обхватил голову руками. Старик с козлиной бородкой, которого Эмин называл про себя старым козлом, усмехнулся. Повидимому, он все знал. А может, подслушивал под дверью.

Эмин готов был вскочить и как следует стукнуть этого насмешника, но он знал, что, если позволит себе какую-либо вольность, ему несдобровать. Сдержавшись, он сердито взял чистый лист бумаги, обмакнул в чернильницу гусиное перо.

Мягко зазвенел колокольчик у входной двери. Эмин мельком взглянул на посетителей и продолжал работу. Старик засеменил навстречу гостям. Вошли двое. Один невысокий, со смуглым лицом и черными волосами. В облике его было что-то восточное. Другой — полная ему противоположность: высокий, с удивительно тонкими чертами лица и голубыми глазами, светлые длинные волосы ниспадали до плеч.

Невысокий казался нетерпеливым и резко спросил:

— Мистер Уепстер у себя?

— Милости просим, милости просим... — старик поклонился так низко, что едва не коснулся пола козлиной бородкой.

Эмин неожиданно вспомнил, что где-то встречал этого смуглого невысокого господина. Господи, боже мой, ну конечно же там, в Олд-Корт-Хаузе. Ну ясно, это мистер Потл, известный в Калькутте адвокат. Сколько раз он видел его с отцом...

Эмин решил было подойти к нему, сказать, что знает его, но посетители быстро прошли к мистеру Уепстеру.

Все время, пока они находились у него, Эмин, забыв о протоколах и делах, обдумывал, как бы поговорить с ними. Но вот мужчины, отвесив легкий поклон, вышли на улицу, а он так и не успел ни на что решиться. Потом вскочил и бросился вдогонку.

Мистер Потл и его друг направились к Букингемскому парку и вдруг остановились, о чем-то взволнованно беседуя. Эмин пересек улицу, прошелся по аллее парка, не осмеливаясь приблизиться к ним. Его больше пугал строгий взгляд мистера Потла, чем присутствие его высокого спутника. Только когда они стали удаляться, Эмин нагнал их.

Обращаясь скорее к высокому спутнику мистера Потла, Эмин хрипловатым голосом произнес, что знаком с мистером Потлом и хочет поговорить с ним. Высокий, поблескивая добрыми голубыми глазами, улыбнулся и, заметив замешательство Эмина, мягко произнес:

— Прошу, молодой человек, раз вы знакомы с мистером Потлом, не робейте.

— Мистер Потл...— смущаясь, произнес Эмин.

— Смелее! Не такой уж я страшный! — улыбнулся тот.

И Эмину действительно показалось, что лицо у мистера Потла совсем не строгое, особенно когда он улыбается.

— Мистер Потл, я знаю вас по Калькутте, встречал в Олд-Корт-Хаузе. Тогда я посещал колледж, что находился в том же здании. Вы, вероятно, недавно из Индии и, может, видели моего отца?

— Вашего отца? А вы уверены, что я знаком с ним?

— Ну как же? Я сын торговца Овсепа Эмина. Вы хорошо его знаете.

— О да, мы были дружны долгие годы. Я вел его дела, но сейчас ничего о нем не знаю. А вы очень изменились, не только повзрослели... у вас, простите, такой измученный вид. Что вы здесь делаете, чем занимаетесь?

Эмин, обращаясь то к незнакомому джентльмену, то к мистеру Потлу, взволнованно рассказал о себе.

Они слушали его молча. Эмин поведал, что служит сейчас в частной конторе мистера Уепстера, занимается перепиской бумаг, хочет собрать деньги и продолжить учебу. Он восхищен английской армией и каждое воскресенье посещает парк Святого Джеймса, любуясь экзерсисами, выправкой солдат, и сам мечтает стать военным.

— И я им стану, — закончил он.

Спутник мистера Потла, который до этого молчал, внимательно слушая Эмина, неожиданно произнес:

— Английским солдатом? А знаете, кто они? Разряженные добровольные слуги нации, которые порабощают других.

Эмина словно облили ушатом холодной воды. «Слуги... которые порабощают...» Неужели это так?

Эмин помрачнел и сразу замкнулся в себе. Это не ускользнуло от внимания мистера Потла. Он сказал: — Ничего, господин Эмин. Не печальтесь, вы не знаете этого джентльмена. Шотландец, житель гор, имеет право на такое мнение. Но, может, он сам объяснит нам, почему так считает? А сейчас познакомьтесь — мой друг мистер Эдмонд Берк. Высокий незнакомец молча поклонился.

— Не выпить ли нам по чашке кофе? — предложил мистер Потл.— Мне доставит огромное удовольствие, если сын моего старого друга присоединится к нам.

Эмин отвесил легкий поклон в знак того, что принимает приглашение. Они вошли в кафе и сели за ближайший столик у окна. Молодой кельнер смахнул полотенцем невидимые пылинки с белоснежной скатерти и остался стоять в ожидании заказа. Когда принесли кофе с молоком и пирожные, Эмин молча взял чашку. Ему даже не хотелось смотреть на мистера Берка. В душе Эмин чувствовал себя военным и не мог простить ему недавние слова.

Мистер Потл, видимо понимая это, спросил:

— Так, значит, вы служите писарем у мистера Уепстера?

— Да,— коротко ответил Эмин, глядя прямо на собеседника, лицо которого ему снова показалось жестоким.

— И давно?

— Не очень.

— Могу ли я быть вам полезен?

— Благодарю вас.

Беседа не клеилась. Эмину хотелось как можно скорее покинуть кафе. Впрочем, подумал он, возможно, мистер Берк уйдет и он останется наедине с мистером Потлом. Но когда они вышли из кафе, случилось обратное: мистер Потл попрощался, а он оказался один на один с мистером Берком. Эмин хотел удалиться, но, понимая, что это нетактично, продолжал идти рядом. Он и не предполагал, какую огромную роль сыграет в его жизни этот высокий человек.

— Это Темпли,— неожиданно сказал мистер Берк.— Видите? А это Попинс-Гетн. Хорошая книжная лавка, Вы посещаете ее?

— Мистер Берк, покупка книг в этом магазине не для моего тощего кармана. Читаю все что придется.

— Ну, это уж совсем плохо. Во всем нужна последовательность. Случайным чтением трудно чего-либо добиться. Мне хочется помочь вам.

— Помочь мне?

— Да, а что?

— Ничего, но...

— Конечно, я не могу помочь вам материально, Я такой же чужестранец в этом городе, как и вы, но я готов помочь книгами, советами, если, конечно, вы пожелаете. Зайдемте ко мне.

Приглашение прозвучало так доброжелательно, что Эмин, забыв недавнюю обиду, согласился.

— Мой дом неподалеку,— сказал мистер Берк, показывая в сторону Попинс-Гетн.— Ну не в самом магазине, а над ним.

Мистер Берк подошел к довольно широкой двери, отворяющейся прямо на улицу. Они поднялись и оказались в темном коридоре. Ступеньки были стертые, воздух спертый, как в подвале, куда долгие годы не проникали солнечные лучи. На втором этаже находилась комната мистера Берка. Когда дверь открылась и они вошли, Эмин застыл на пороге как вкопанный. Повсюду были книги, на письменном столе недописанные листы Все говорило о том, что здесь живет одинокий студент.

Мистер Берк быстро скинул плащ, предложил Эмину повесить пальто на стоящую у дверей вешалку.

Они сели, и хозяин продолжил разговор:

— Мне показалось, вам не понравились сказанные мною слова, вы даже рассердились, не так ли?

— Да, это так. — А почему?

— Ваше суждение о солдатах не по душе мне.

— По-моему, вы не имеете к ним никакого отношения.

— Имею. Я не писарь. Я солдат. И такие слова...

— Но помилуйте, вы...

— Я приехал в Англию обучаться военному искусству. И должен стать солдатом во имя своего святого дела.

В его голосе звучали обида, непреклонность, уверенность в своей правоте. Мистер Берк, этот много повидавший на своем веку человек, невольно улыбнулся. Потом поспешно добавил:

— Мой друг, вы не поняли меня. Между ними и вами такая же пропасть, как между небом и землей.

— Как же так? — мрачно спросил Эмин.

— Ведь вы приехали в Англию получить военное образование и хотите служить своему народу. А эти солдаты нанялись на военную службу ради денег, они — наемники.

— Неужели они не служат своей родине?

— Нет, тысячу раз нет! У них нет священной цели, они могут направить оружие против любого. Они прямое орудие насилия... Вы, наверное, слышали о несчастной Шотландии?

Эмин кивнул. Он вспомнил капитана Тома Финна, его рассказы об освободительном движении в Шотландии, о крови, пролитой напрасно.

— Пока моя Шотландия не обретет свободу, пока моя родина будет находиться под игом, я не могу думать иначе. Я тоже покинул родной дом, близких и приехал сюда, но не для того, чтобы стать солдатом. Нет. История создает человека, а человек создает историю.

— Но судьба наших стран, на первый взгляд столь сходная, на самом деле очень различна,— проговорил Эмин.— Шотландия потеряла независимость, попав под господство Англии, это, разумеется, огромное несчастье.

Но армяне сотни лет страдают под гнетом диких племен. Как тяжко быть рабом варваров!

— Еще хуже — быть рабами цивилизованного народа,— возразил Эдмонд Берк.— Цепи на руках народа, из чего бы они ни были — из железа или золота, все равно остаются цепями.

— Не знаю... Наверное, вы правы.

— Так вот, прежде чем стать воином, необходимо сделаться просвещенным человеком. В вас говорит, скорее, инстинкт, чем идея. Вам необходимы знания, Основательные знания и только потом военное образование. Я помогу вам, как обещал. Если вы, разумеется, пожелаете.

— Я согласен. Мне так хочется учиться!..

— Вы читаете по-английски? Говорите, скажу, неплохо. Но как с чтением?

— Не очень-то хорошо. В Англии я учился с перерывами, больше мучился, чем учился.

— Прочитайте, пожалуйста, отрывок из этой книги.

Мистер Берк протянул Эмину книгу. Эмин начал, слегка заикаясь, однако, увидев, что мистер Берк улыбается и согласно кивает, воодушевился и стал читать гладко.

— Хорошо. По-моему, вы понимаете прочитанное. В речи иногда чувствуется акцент, неверные ударения, но это не страшно. Вам надо много читать.

— О мистер Берк, я готов работать ночами, лишь бы вы согласились мне помогать!

— Помочь себе сможете только вы сами. Да господь бог.

Издалека, с площади Пикколи, донесся колокольный звон — там находилась церковь святого Иоанна. Было уже за полночь, Эмин поднялся.

— Вот несколько книг: «История Англии» и еще весьма интересная книжка «Поход Ганнибала». Читайте, на будущей неделе встретимся. Я объясню, если что окажется непонятным. Это будет наш первый урок.

Когда Эмин уходил, мистер Берк потянулся к карману и, удерживая гостя, проговорил:

— Знаю, на должности писаря вы зарабатываете немного. Возьмите этот золотой. Клянусь, это все, что у меня есть.

Эмин растерялся. Ему предлагают деньги, как нищему.

Нет, нет, никогда! Он ни за что не протянет руку за помощью. Даже у родного отца не взял денег!

Он тоже достал из кармана три золотых — все, что было у него,— и произнес дрожащим голосом:

— У меня есть деньги. Могу предложить вам. Мистер Берк удивленно посмотрел на худощавого, невысокого юношу, плохо одетого, с пылающими глазами. Ответ его понравился шотландцу, который был не менее гордым человеком.

— Это делает вам честь, господин Эмин. Вашу руку, друг!

 

Книга I:   гл.1  гл.2  гл.3  гл.4  гл.5  гл.6  гл.7  гл.8  гл.9  гл.10  гл.11
гл.12  гл.13  гл.14  гл.15  гл.16  гл.17  гл.18  гл.19  гл.20  гл.21

Книга II:   гл.1  гл.2  гл.3  гл.4  гл.5  гл.6  гл.7  гл.8  гл.9  гл.10  гл.11
гл.12  гл.13  гл.14  гл.15  гл.16  гл.17  гл.18

 

Дополнительная информация:

Источник: Эдуард Авакян,"Одной жизни мало".
Издательство «Советский писатель», Москва, 1988г.
Предоставлено:
Георгий Карибов
Отсканировано: Георгий Карибов
Распознавание: Георгий Карибов
Корректирование: Анна Вртанесян

См. также:

Ованес Гукасян, Воскан Ереванци

Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.  Legal Notice